Душа и тело: постмодернизм и русская философия

Проблема сочетания духовного и телесного занимала умы русских и зарубежных философов. Если зарубежные авторы воспринимают человека как «тело без органов» (идея постмодернизма), то русская философия связывает идею двойственности в человеке с божественным промыслом и понятием греха.

Как развивалась идея телесности

Самоосознание себя как субъекта произошло в Древней Греции и Древнем Риме.С развитием этого этапа начинаются первые опыты с телом человека. Мыслители начинают духовный поиск причин появления людей на земле. В это же время формируются первые идеологические позиции: Платон говорит о большом духовном мире сограждан (и, соответственно, первоосновой человека видится его дух), Аристотель обращается к материальному. Авторы комедий и трагедий рассматривают богов как создателей и руководителей человеческой жизни: если кто-то нарушает запрет, установленный Зевсом, его сразу же уничтожает провидение.

В Средние века человек осознает себя как часть движения к Богу. В это время начинает распространяться идея, что государство является отображением Царства Божия на Земле (Фома Аквинский). Человек в этом контексте рассматривается как сосуд, имеющий первоисточник в Боге. При этом внутреннее в человеке разделено на три части: душа, дух, тело. Тело рассматривалось как плоть, низменная часть (оно несет только постыдное для человеческого существования, так как стремится только к физиологическим удовольствиям). В Дух внесена добродетель, исходящая от Бога (Э. Роттердамский указывал, что он дух делает нас единым с Богом). Третья сторона — душа, которая может обращаться как к Высшему, так и к низменному. Если дьявол захочет, то он может перетянуть душу к греху и разврату (и тогда спасти эту бессмертную часть тела становится невозможным, если только сам Бог не пожелает этого).

С наступлением Нового времени человек, его тело становятся объектом активного изучения как философов, так и ученых сопряженных сфер (например, медицины). В Новое время человеческому дается право быть частью мира природы, но исследователи не забывают и о духовном наполнении бытия, Бог не отклоняется, хотя его ориентиры в мире существенно изменяются. Именно в этот период формируется доктрина естественных прав человека, то есть неотчуждаемых прав, принадлежащих подданному или гражданину от рождения. Одним из основных прав становится право на жизнь. Это автоматически означало невозможность применения смертной казни по воле монарха (который рассматривался как проводник воли Божией на земле).

Новый человек в позициях постмодернизма

Научно-техническая революция привела к изменению социальных реалий, возникновению новых представлений о личности человека, его месте в системе ценностей. Старая классическая философия была опрокинута постмодернизмом.

Человеческое тело в постмодернизме стало рассматриваться некоторыми учеными как «тело без органов», то есть субъект — это носитель определенных возможностей, которые могут реализовываться на практике вне имеющихся канонов. Идея «тела без органов» прямо связана с общей позицией неклассической философии, которая считает, что следует принимать во внимание жизненные истоки духовного мира человека.

Философия постмодернизма идёт вразрез с классической философией. Последняя всегда говорила о другом, считая, что тело — это самостоятельная часть внутри человека, которая может быть не связана полностью с духовной жизнью, то есть абстракция. Споры между классиками и неклассиками по поводу места Личности в мире затянулись на долгие годы.

Русская философия о теле и о душе

Представление о человеке для русской философии — это путь христианства и его толкования. Это предполагает, что никакого противопоставления тела и духа нет: тело должно быть поощрено духовно, оно должно возвыситься.Так как тело является сочетанием духовного и земного, то и в человеке можно узреть образ Божия.

На ум тут же приходят строки Евтушенко, написанные в конце XX века: «Дай бог живым узреть Христа, пусть не в мужском, так в женском лике»… Евгений Александрович Евтушенко вслед за русскими философами считал, что мужского и женского начала нет (то есть возврата к Библии, воспоминания о сути женской природы стерты из памяти: причина изгнания человека из Рая растворилась в познании). Что касается женского начала, то русские философы XIX века Владимир Соловьев, Семён Франк прямо говорили: тело одухотворенно в первую очередь любовью к прекрасной даме. Только эта любовь не означает телесного влечения к женщине.Эта любовь понималась философами как духовный подвиг, физическое преодоление самого себя. Женщина — это объект поклонения, рождающая новое начало.

Русские философы касались вопросов пола, эта проблема решалась мыслителями на основе принципа андрогинизма. Данный принцип означал, что образ Божий в человеке касается не отдельного взятого субъекта, а единства как мужского, так и женского начал: «образ и подобие Божие, то, что подлежит восстановлению, относится не к половине, не к полу человека, а к целому человеку, т. е. к положительному соединению мужского и женского начала» (В. Соловьев) [1]. Всеединство считало, что главная задача человека — это движение личности по пути высшей любви, которая соединяет мужчину и женщину, духовное и телесное. Цель — сам процесс богочеловека.

Франк отмечал, что главным в христианстве является аскетизм с элементами страданий и мучений. Тело в этом контексте рассматривается как «брат-осел», с которым живешь, работаешь, но слишком перегибать палку в истязаниях все-таки не хочешь. Франк отмечал, что плотская жизнь для тела допустима, так как Христос не отрицал ее. Что же делать в этой ситуации? Как пелось в старом романсе: «Не пора ли предаться любви»? Нет, Франк, не отрицая плотскую жизнь, говорил о том, что не должно быть только телесного. Нужно двигаться дальше: аскетизм, положенный для тела, является средством собственного ограничения. И это ограничение — не минус, а очевидный плюс, так как через самоограничения можно прийти к полноте жизни, пониманию ее сути и смысла.

Грех в представлениях русских религиозных философов, например, у Зеньковского, — это часть человека, проявление двойственности людской природы. При этом сводить грех только к социальным условиям или к влиянию тела не стоит, так как первоисточник греха — это грех первородный, библейский. Он сидит в нас ржавеющим гвоздем, его никак нельзя вытащить из нашего сознания и природы, он проник в дух («В силу первородного греха в духе нашем есть изначальная обращенность к злу. „из этого полюса тьмы“ исходят темные излучения, пронизывающие весь состав человека, но особенно легко проникающие в сферу пола, в сферу тела вообще» [2]). Так как русские философы шли за европейской средневековой позицией, то они отмечали, что через дух грех завладевает как душой, так и телом.Единственный возможный выход из «конечности» — духовное перерождение.

Постмодернизм, говоря о теле человека, обращает внимание совсем на другое: религиозности тела больше нет. Агамбен: «Теперь человеческое тело не походит больше ни на Бога, ни на тело животных, но — лишь на другие человеческие тела» [3].

В русской философии духовность является базисом для становления человека, его личности, в том числе во внешнем проявлении последней. Русские философы считали, что к духовности относится даже походка, тип движений, стиль и почерк человека, его социальные идеи, чувства и поведение. Постмодернизм отверг эту позицию решительно и бесповоротно.

Примечания

1. Соловьев В. С. Жизненная драма Платона. Собр. соч. в 2 т. Т. 2. М., 1990.

2. Зеньковский В.В. Проблемы воспитания в свете христианской антропологии. Клин, 2002.

3. Агамбен, Дж. Нагота. М., 2014.

Читайте также:

  • *** Мир сказочный – на кончике иглы. Давайте для него очистим место, придвинем к стенам стулья и столы, чтоб ощущенья...

  • Дадаизм, он же дада, — нигилистическое концептуальное движение переосмысления социальных и государственных процессов через отрицание и сакраментальный инфантилизм. И если...

  • Стивен Коэн — американский историк, занимающийся историей СССР после 1917 года. В центре внимания его книги «Жизнь после ГУЛАГа: Возвращение сталинских жертв», которой...